- Это до Горновска?

- Ага. Все там будем, - ответил тот двусмысленно и разулыбался в тридцать два зуба. Причем, все зубы у него были металлические. Возможно поэтому улыбка получилась зловещей.

Но Орлов не придал особого значения довольно странному ответу водителя, хотя и, согласитесь, не обратить на это внимание, как, впрочем, и на все остальное, мог лишь ненормальный. Точно, бес попутал. Не иначе. Он поднялся в салон. На боковом сидении, возвышавшемся над всеми прочими, восседала, как на троне, дородная кондукторша. Григорий очень удивился этому обстоятельству. Спросил тихо у Корсара:

- А разве на междугородних автобусах есть кондукторы?

- А кто же билеты будет у пассажиров компостировать! - вдруг закричала кондукторша.

"Ну и слух!" - поразился Орлов, проходя в салон.

- Ваш билетик, гражданин! - повелительно сказала кондукторша.

- А без билета не возите?! - неудачно пошутил Григорий.

- Много вас тут, халявщиков. А ну давай билет! - закричала кондукторша.

- Бога ради! - он протянул ей билет. - Вы только не расстраивайтесь.

Но она никак не отреагировала на его слова. Взяла у него билет, раскрыла рот и сунув его туда, щелкнула зубами. Получилось очень профессионально. Она посмотрела билет на просвет и, оставшись очень довольной, протянула его Орлову.

- Вот, получите, гражданин.

Он взял билет и с удивлением обнаружил два ряда аккуратных, круглых отверстий по четыре в каждом ряду. Чертовщина какая-то! Огляделся. В салоне, кроме него, было ещё пять пассажиров. В конце автобуса на заднем длинном сидении спала какая-то женщина или девица. Была видна лишь её спина и стройные ноги. Кроме нее, на расстоянии друг от друга сидели: молоденькая парочка, седенький пенсионер с бородкой клинышком в старомодном военного покроя френче и в клуглых непроницаемо-черных очках, вероятно слепой, и безобразно толстый господин в вышитой косоворотке.

Стоило Григорию лишь сесть на сидение у окна, как мотор стал надсадно кашлять.